Здравствуйте! Мы решили возродить нашу краеведческую рубрику и возобновить наши поездки по Вятскому краю. Ведь вокруг нас есть множество красивейших и интереснейших мест, которые буквально дышат историей. Мы побывали в починке Тарасовском Уржумского района Кировской области, который оставил неизгладимые впечатления.

Тарасовский располагается совсем рядом с дорогой, которая ведёт из села Буйского в починок Александровский. Небольшая река Ор-Мазарка делит починок на две части: старую и новую. Согласно Материалам по статистике Вятской губернии, подворной описи 1884-1893 годов в починке насчитывалось 54 двора. В то далёкое время численность населения составляла 310 человек.

Преодолеваем на старенькой Ниве раскисшие полевые дороги, проезжаем мимо масштабных земляных работ в Александровском, где реконструируется пруд и выбираемся на насыпь. По этой щебёночной дороге, отсыпанной в советские годы, проносимся мимо Луначарского и приближаемся к Тарасовкому.

Опавшая листва деревьев открыла вид на покинутые дома. Где-то рухнули крыши. По крутому склону спускаемся с насыпи и попадаем на ободворицу. Тут дорога, можно сказать, исчезает и превращается в две накатанные колеи. Они нас выводят к началу улицы с указателем, прикреплённым к старому тополю.

Мы в предвкушении интересной прогулки достигаем первого дома. На первый взгляд может показаться, что это обычная бревенчатая изба. Однако, если присмотреться, можно заметить весьма любопытные элементы.

В первую очередь − это окна. За резными наличниками, которые, похоже, не от этого дома, скрываются арочные оконные проёмы. Похоже, в то время при постройке таких домов ровнялись на кирпичные жилища с лучковой кладкой, где сам арочный свод является и перемычкой, что держит массу верхней части стен и крыши.

Вокруг потемневших от времени бревенчатых стен лежат разные детали: доски, стропила, резные фрагменты наличников и даже оконные рамы. Что удивительно, то там, то тут торчат кованые гвозди квадратного сечения. Несмотря на почтенный возраст, их остриё можно сравнить с жалом комара. Главное, не наступить на такой «сюрприз». Ещё такие гвозди говорят нам о том, что дом, вернее всего, дореволюционной постройки. Ну или 1920−1930-х годов.

Конечно, хочется заглянуть внутрь. Наверняка эта, казалось бы неказистая «заброшка» может ещё удивить. И я был прав! Хоть за годы запустения исчезли пол и потолок, сохранились оштукатуренные стены и даже почти полностью уцелела лепнина. Наверняка ещё была лепная розетка.

Во дворе остались не только гнилушки, разбросанные по земле да яма от колодца. По сей день стоят полуразрушенные хозяйственные постройки: амбары, хлева.

Было время, тут кипела жизнь. Хозяева трудились, заготавливали зерно, сено, держали скот, работали на земле. В один момент всё это кануло в лету, привычный уклад жизни нарушился.

Тут же рядом, за кустами расчищена небольшая площадка и установлен длинный стол со скамейками. Вероятно, здесь собираются бывшие жители починка и их потомки, чтобы вспомнить былые дни. Дни, когда это место жило и процветало.

Идём дальше, пробираемся вдоль заросшей деревенской улицы мимо ям − бывших подполий, развалин домов, представляющих собой груду полусгнивших брёвен и досок. Впереди видны очертания двух относительно целых домов − экспонатов «музея» прошлого под открытым небом. Они также очень интересны.

Ближайший к нам домик выстроен попроще. Он без фундамента − стоит на четырёх больших камнях, которые под весом стен попросту «вросли» в землю, что кажется, будто брёвна лежат прямо на осенней пожухлой траве. Но и тут сделаны полукруглые своды оконных проёмов.

Бывшая комната, конечно, пребывает в разрухе. Зато сохранилась антуражная печь, которая, похоже, дошла до наших дней из того старого времени. Сколько же всего помнят эти кирпичики, которые дарили тепло! А сколько вкусной домашней пищи было приготовлено!

Соседний дом солиднее − он стоит на кирпичном фундаменте-цоколе, который какие-то вандалы успели повредить. Видимо, «охотились» за закладными монетами. Вот только старая дореволюционная кладка на известковом растворе не особо-то и поддалась их инструменту.

Жилище, если сравнивать с предыдущими, весьма немаленькое. Заглянув в разбитое окно, я увидел просторную комнату, которая сохранила остатки домашнего уюта. Я даже на секунду представил, как же тут было хорошо лет двадцать-тридцать назад! Светлая горница, белоснежная русская печь, которая совсем не «украла» пространство. И всё устроено так гармонично, каждая деталь находится на своём месте.

Правда, прогнила и обломилась матница − толстенный брус, вырубленный из огромного бревна. На протяжении века он, словно атлант, держал потолок. До сих пор установлены зимние рамы. Интересно, как давно заботливые руки хозяев к ним прикасались?

Позади жилой части располагались клети и сени. К сожалению, всё развалилось и тут. Правда, частично уцелел некогда красивый буфет с подгнившей нижней частью.

По состоянию на 1926 год в материалах переписи населения Вятской губернии в починке ст. Тарасовском числились 69 крестьянских хозяйств и 306 жителей. В починке Нов. Тарасовском насчитывались 31 крестьянское хозяйство и 166 человек.

Далее по улице нас встречает кирпичный крестьянский дом, выстроенный также до революции 1917 года. Лучковые перемычки, лепные наличники

Не так давно жители дома решили приладить деревянный пристройчик. Сделано основание и примыкание из силикатного кирпича. Даже устроено помещение снизу. Мне показалось, что там был гараж для мотоцикла − валяются колёса и другие запчасти.

Удивила боковая стена. Рядом с аккуратно заложенным окном, что было сделано, вернее всего, при строительстве дома, варварски «прорублен» другой проём. Впоследствии его тоже заложили, но как-то не очень аккуратно. Даже не сравнить с «заплаткой» рядом.

Двор большой, постройки масштабные. Сеновалы, кажется, выше самого дома. Правда, охотники за потемневшей доской побывали и тут, «раздели» хозяйственные помещения.

Не удержался и решил зайти. Сразу в сенях меня встречают симпатичный коврик да вещи, брошенные хозяевами.

Берусь за кованую ручку тяжёлой двери, та со скрипом поддаётся и открывает передо мной то, чего я совсем не ожидал увидеть − провалившийся потолок. Массивные полубрёвна вместе с чердачной засыпкой оказались в комнате и даже подполье. А со стороны казалось, будто дом целый и невредимый.

В ходе Всесоюзной переписи населения 1989 года в Тарасовском удалось зарегистрировать 69 человек постоянного населения.

Напротив, через дорогу стоит большой рубленый дом на три квартиры. Скорее всего его строил местный колхоз для своих работников. Если верить табличке, улица починка называется Садовая.

Двор также в разрухе. Повсюду валяются доски, старая иструпевшая мебель и разные предметы быта. Исчезли пристройки-веранды и некоторые детали дома. Даже кто-то разобрал подшивы. Снова собиратели амбарной доски?

В уцелевшей клетушке мой взгляд упал на сундук, обитый жестью. Вспомнил, что видел подобные в интернете, ещё их обклеивали деньгами и старыми газетами.

Присмотрелся − да он тоже обклеен! Банкноты времён Российской империи и молодой Советской республики стали украшением сундука. Но мыши и другие вредители успели похозяйничать − подъели старую бумагу.

Следующий дом нас поистине поразил! Настоящая жемчужина в царстве запустения. Большое и высокое кирпичное строение на шесть окон по фасаду с четырёхскатной крышей, которое венчает звезда, прикреплённая к оголовку дымохода. Настоящая старина в первозданном виде.

Вокруг выкошено и ухожено, стоит высокий забор, распахан огород. Видно, что сюда часто приезжают.

Увы, бывают тут и воры, о чём хозяин написал на табличке с просьбой их больше не взламывать дом.

В новом веке починок стремительно опустел. Если по материалам переписи населения 2002 года в Тарасовском проживало 46 человек, то перепись населения 2010 года показала всего 10 жителей.

По соседству стоит похожий дом, но чуть-чуть поменьше. Дорога спускается в низинку, поэтому кажется, что он, словно маяк, указывает путь. Окна заколочены, вокруг бурьян. Можно позавидовать людям, что они владеют таким красивым домом. Но жаль, что никто не приезжает, не поддерживает его в исправном состоянии, не укрощает заросли. Наверняка эти люди живут где-то в городской квартире. Но вспоминают ли они про родные стены?

Вот мы плавно подходим к концу улицы починка. Те два «великана» остались позади и их крыши выглядывают из-за зарослей. Вокруг валяются груды брёвен и досок, местами «смотрят» в пустоту чёрными зияющими глазницами дома без крыш.

Вот и ещё один каменный дом, а вернее разрушающийся остов. Кажется, боковая стена наклонилась и скоро с грохотом обрушится на землю. Неужели он когда-то был таким же «красавцем»?

Пора выбираться на дорогу. Около въезда в этот покинутый людьми починок бывшие жители установили поклонный крест, а рядом − натуральную могилу с надгробной плитой.

Этот вид вызвал у меня двоякое чувство. Вроде люди и почтили память своего «дома», но одновременно «похоронили» свою малую Родину. Думаю, можно было обойтись обелиском и не делать из этого места кладбище.

Что бы ни произошло, починок продолжает жить. Однако жизнь эта не похожа на ту, что была тут совсем недавно. Она тихая и размеренная. Люди продолжают приезжать сюда, поддерживается дом. Населённый пункт не упразднён. Рано «ставить крест».